О белье, женщинах и Камбодже (Часть I)

Давно мечтал съездить в Камбожду. Но никак не складывалось – то дела неожиданно накапливались, то чувствовал себя недостаточно подготовленным. А раз иду по улице, вижу витрину с туристической информацией, думаю, сколько можно ходить вокруг да около – зашёл и купил тур.

Группа собиралась в аэропорту Гонконга. Все китайцы, человек тридцать. Сопровождающий группы – девочка лет двадцати. Сидели на соседних креслах в самолёте. Спрашиваю: «А какие у тебя обязанности?» В своё время сам работал гидом в турфирме несколько лет, интересно. «Ну, обеспечивать вашу безопасность». - «А, понятно. А Пномпень – красивый город? Там есть, что посмотреть, где погулять?» - «Не очень красивый, а по вечерам лучше не выходить из гостиницы, у них там у всех пистолеты, мало ли что...» Теперь понятно, почему в сопровождающие дали двадцатилетнюю девочку. Взрослый мужик (китаец) точно не поехал бы... Рассматриваю её дальше – укороченная маечка со стразами, из джинс выглядывает узкая жёваная полоска красных трусов. Интересно, это «Lormar» или «Z-Day»? Впрочем, совсем и не интересно...

Перелёт занял всего лишь два часа. Снижаемся. Видно широкую мутную реку, небольшие малоэтажные здания, обросшие худющими пальмами, где-то на горизонте проглядываются золочёные шпили буддийского храма...

Помню, кажется, по ВВС показывали передачу, о том как группа американских бездетных женщин организовала контрабанду детей из Камбоджи. Это было в первые годы после окончания режима Пол Пота. Собственно, и контрабанды никакой не было, точнее, её организации. Желающие просто прилетали в Пномпень, выходили из аэропорта, переходили улицу – и там, в кустах бамбука, их ждали мамаши с детьми. Пятьдесят долларов – и кулёк ваш.. Тут же на самолёт – и обратно в Штаты.

Аэропорт ожидаемого удручающего впечатления не произвёл. Чистенький, новенький – наверное, китайцы строили.

Просят заполнить энтри-карт. Нет ручки. Рядом стоит таможенник, в светло-сером мундире, с позолоченными погонами. Прошу одолжить ручку. Он не замечает просьбы. Обращаюсь повторно. Лениво достаёт «Паркер» с золотым пером и протягивает мне. Тяжелый. Наверное, настоящий. Те «паркеры», что на рынке подделок в Шэньчжэне продаются, весят как карандаши.

Дорога до гостиницы занимает минут пятнадцать. Расселяют по двое. Оказывается, в группе есть парень, который учится в Москве. Естественно, нас поселяют вместе. Учится в ГИТИСе, на фотографа, привёз с собой громандную фотокамеру, сказал, сделает серию снимков и выставит в институте на конкурсе.

Вечером выхожу на улицу. Действительно, уровень адреналина заметно повышается. Освещение плохое. Всё чёрное и закоптелое кругом. Люди как муравьи. То и дело подъезжают мотоциклисты и предлагают покатать по городу. И, вот чудо – говоришь им «No!», и они тут же от тебя отстают. В Китае разговор с настырным водителем такси или рикшей всегда оканчивается скандалом или, как минимум, оскорблениями («А почему нет? Что, все деньги прогулял или зад слишком тяжелый, боишься мне машину сломать?...»).

Чем всё время отнекиваться, думаю, лучше согласиться. Мой мото-гид – парень лет двадцати пяти. Рассматриваю. Вылитый индиец. Значит, камбоджийцы этнически ближе к индийцам, чем к китайцам. Возит по городу, рассказывает. Хороший английский, должен заметить. Так в России не все даже после технических вузов говорят, как он. Спрашиваю, почему на улице практически нет людей средних лет. Отвечает, что в Камбодже 70% населения – младше 30 лет. Те, кто были старше, не пережили геноцид.

Утром везут в их императорский дворец. Построили в 17-м веке, по аналогии с Храмом Изумрудного Будды в Бангкоке. Камбоджийцы с тайцами – «заклятые» конкуренты. Камбоджийцы – исконные, а потому самые древние обитатели здешних земель. Большая часть современного Вьетнама, Тайланда и Лаоса находится на территории, которую в древности занимала одна великая Кхмерская Империя. А предки народов из вышеперечисленных трёх стран жили в своё время в южном Китае, на территории современных провинций Гуандун, Гуанси и Юньнань. Когда же монголы, в 12-м веке, потеснили китайцев с их исконных – северных – земель, те двинулись на юг, выдавив, таким образом, более молодые южноазиатские народности ещё дальше на юг – в район, ныне называемый Индокитаем. Таким образом тайцы – это варвары, которые пришли «на всё готовенькое» и переняли у камбоджийцев письменность, культуру и религию, а, догнав «своих учителей», их потом и «перегнали», практически во всех сферах. Поэтому для камбоджийцев сделать что-то так же, как и у тайцев, стало своего рода национальной идеей. Название города Сиэмреап, рядом с которым располагаются храмы Ангкора, переводится как «победа над тайцами», что ещё раз иллюстрирует данный принцип.

После часового посещения, я бы сказал, оббега императорского дворца, по программе, следующие два часа должны были уйти на «покупку сувениров». Написав турлидерше рассписку, что, в случае своей смерти, их турфирму винить не буду, отделяюсь от группы и единоличником отправляюсь в музей геноцида – тюрьму S-21.

17 апреля 1975 года произошла страшная трагедия. Войска Пол Пота вошли в Пномпень и захватили всех его жителей. Забегая вперёд, скажу, что если бы вездесущие американцы не всрались как всегда со своей политикой в чужое государство, ничего бы не было. Пол Пот возник изначально как защитник того легитимного монархического строя, что, путём различных инсинуаций и подстав, свергли американцы.

Всех жителей города насильно увели на работы на рисовых полях. При этом детей и стариков убивали на месте, из соображений рационализма, а, может быть, и «азиатского гуманизма» – они бы всё равно умерли в пути – их тела сбрасывали прямо в рвы вдоль дорог. Гидом у нашей группы был китаец («хуацяо»), родом из славного города Шаньтоу, подарившего Юго-Восточной Азии добрые две трети всех тех китайских эмигрантов, что в ней проживают. Он рассказал мне, что его родители в тот день расстались со своим отцом, его дедом – их уводили в разных колоннах – и с тех пор о нём больше ничего не слышали.

Тюрьма S-21 была тем местом, куда свозили политических заключённых, а политическим заключённым, в годы правления Пол Пота, с 1975 по 1979 годы, можно было стать просто за факт ношения очков. Из 20 тысяч человек, в неё увезённых, вышло потом наружу всего семеро...

Располагалась она в здании простой средней школы. Когда слышишь об ужасах,

невольно разум их относит в какие-то далёкие времена, которые давно прошли и никогда больше не повторятся. Так вот, Пномпень, несмотря на плохое уличное освещение и некоторую запущенность, это город современный, город 20-го века. В 50-е годы французы застроили его центральную часть шикарными домами в европейском стиле, проложили широкие улицы и проспекты. А школа, о которой я сказал чуть выше, это вообще типичная средняя школа 70-х годов, такие школы можно увидеть повсеместно в Южной Азии, включая Гуанчжоу и Шэньчжэнь. Трёхэтажная, с открытми лоджиями, смотрящими внутрь двора. В ней и трёхстам людям не разместиться.

Не буду описывать, что я в ней увидел. Скажу только, что посещение этого места станет хорошим лекарством для людей, жалеющим себя за то, что у них в жизни что-то не сложилось или не получилось. Бывает гораздо хуже.

Примечательно, что прямо вдоль школьного забора, с которого так и не снят рулон с колючей проволокой, проходит барная улица, с развесёлой неоновой рекламой и многообещающими надписями. Поначалу возмутившись такому соседству, я понял, что, выйдя из дверей «музея», сразу же пропустить пару рюмочек русской водки никому не будет лишним.

Свою группу я догнал только в ресторане. Китайцы настолько консервативны, что,

даже отправляясь в экзотическое путешествие, едят только в китайских ресторанах. Занимаю своё место. Попадаю под шквал бурных расспросов – где был, что делал. Рассказал, что был в музее, делал фотографии. Спрашивают, зачем мне фотографии. Говорю, что работаю журналистом, пригодятся. Одна дама едко замечает, что ещё вчера я был переводчиком. «И переводчик, и журналист, что тут такого?» - отвечаю. Интересуюсь у её спутника: «Это ваша старшая сестра или ваша тётя?» Он хихикает и говорит, что это его любимая женщина. «Странно...» – нарочито во весь голос ухмыляюсь я. – «А я думал, что в Китае мужчины влюбляются только в женщин моложе себя возрастом». «А сколько мне лет?» - кокетливо интересуется он (китайские мужчины очень любят, когда им делают комплименты касательно возраста и вненшности). - «38». Ему было на десяток больше. – «А мне?» - испуганно спросила дама. - «46». Ей столько и было. Дама заткнулась.

После обеда погрузились в автобус и поехали в Ангкор. Преодолеть предстояло около 350 километров. Всего в Камбодже не более десятка общегосударственных дорог, и все они похожи на наши российские поселковые дороги – шириною метров 6-7 и практически не заасфальтированы. Вдоль всей дороги то и дело попадались лотки, на которых продавались свежевыпеченные французские батоны. Причём покупали их местные жители, а отнюдь не иностранные туристы. Вот как их перевоспитали французы! Европейцы, сколько веков в Китае ни жили и чего ни строили, так и не смогли подвигнуть китайцев на заимствование у них каких-либо гастрономических новшеств. Впервые попал в Китай в 2000 году, по студенческому обмену, так молоко и молочные продукты тогда по телевизору у них рекламировались так же, как у нас прокладки в начале 90-х – сколько раз в день, в какое место и что от этого будет.

Впрочем, молоко у камбоджийцев тоже не в почёте. И рядом с хлебными багетами стояли на лотках не крынки с молоком и сметаной, а... тазики с жареными жуками и паучьими ногами. Да, жареные мохнатые ножки пауков-птицеедов, заправленные перцем и чесночным соусом – излюбленный местный деликатес. А французские бакеты – как раз то, на что этот деликатес намазывают.

Когда женщины, как и полагается, все разом неожиданно захотели по маленькому, автобус остановили. В десяти метрах была типичная камбоджийская деревня. Пользуясь незапланированной остановкой, я тут же выскочил из салона и поспешил навстречу неизвестному. Дома у камбоджийцев двухярусные. Первый ярус – это сваи высотой метр-два. Второй – собственно дом, представляющий из себя деревянную избушку с треугольной крышей. В ней и живёт семья. А на образовавшемся «первом этаже», открытом всем сторонам света, живёт домашний скот, в прошлом же там жили ещё и рабы. В древней Камбодже было строгое социально-этническое разделение на собственно кхмеров – носителей высоко-цивилизованной равнинной культуры, и мон-кхмеров – полудиких жителей гор, на которых первые охотились как на зверей и, в случае удачной охоты, забирали в пожизненное рабство.

Неожиданное появление автобуса у деревенских жителей вызвало не меньший ажиотаж. Не успел я подойти к дому, как из него выпорхнули пять камбоджиек, довольно молодого, может, даже подросткового возраста, которые, увидя меня, тот час дружно расплылись в широкой детской улыбке. Одеты они были «нормально» - в

джинсах и майках. Но тут вслед за ними вышла их бабушка – и вот это было зрелище! Нижняя половина туловища была у неё обёрнута, наподобие юбки, в широкий цветастый платок, а вот на верхней половине туловища не было ничего! Мне тут же вспомнилось, что в Индии существует этногруппа, относящаяся к касте неприкасаемых, принадлежащим к которой женщинам государственный закон запрещает носить бельё. Правда, надолго погрузиться в сравнительный культорологический анализ мне бабушка не дала – несмотря на свой внушительный возраст, она начала что-то так злостно и пронзительно говорить,

что наш китайский гид, естественно, знающий местный, кхмерский, язык, пулей подбежал ко мне и чуть не силой уволок в автобус. «Она сказала, если ты не отойдёшь от их дома, она тебя застрелит» - процедил он сквозь в зубы, впихивая меня в кресло. Вероятно, камбоджийцы, как и везде в Азии, в каждом европейце видят американца. Неприятно расплачиваться за чужие грехи.

Произошедшее немного смутило. Вряд ли в меня бы стрельнули, но, всё равно, что я сделал плохого этой старушке?.. Задремал. А, очнувшись, увидел, что подъезжаем к Ангкору. Бросилось в глаза резкое изменение природы. В Пномпене всё такое жёлтое, зелёное. А здесь – иссиня-серые деревья, просто чёрные водоёмы, а в далеке проглядывают такие же чёрные каменные башни ангкорских храмов...

ИЛЛЮСТРАЦИИ К ТЕКСТУ - http://www.terra-asiatika.com/cambodia.htm

Текст и фото - Куделёв Павел

You are not watching this post, click to start watching

Comments

By Сергей Илларионов | Thu, 05.11.2009 - 00:44 | permalink

Павел, здорово, как на экскурсию попал. Мог бы прилепить пару фоток))). На твой сайт и так зайдут. Про белье давай ))))

By paweier | Thu, 05.11.2009 - 10:23 | permalink

Сергей, так это и есть о белье. Многие знали, что есть страны, где женщины не носят лифчиков? Вообще не носят... И к ним ни на какой фарфалле не подъедешь!.. Так, пообщаешься с некоторыми людьми, в том числе, и с нашими с тобой общими знакомыми – они же, кроме как о трусах и оливковом масле, в своей жизни больше ни о чём и не слышали... А ведь сколько существует ещё всяких завязочек, подвязочек, кожухов, обручей!.. Почему женщины несколько тысячелетий жили без накладных силиконовых грудей и при этом всегда были желанны, в отличие от их праправнучек? Об этом будет во второй части...

—

Terra Asiatika C&IS Co., Ltd
www.terra-asiatika.com

By znatok dela | Wed, 04.11.2009 - 19:21 | permalink

Интересно написано. А в Китае и других азиатских странах, где вы были, много бельевых магазинов стречается на улицах? И в витринах выставлено белье?

By paweier | Wed, 04.11.2009 - 22:04 | permalink

Много и выставлено. Такое ощущение иногда складывается, что покупать лифчики, примерять, а потом выбрасывать - это единственное развлечение азиатской женщины. А вот азиатские мужчины почему-то импотенцией не страдают - до 55 лет как минимум всё работает. Правда, трусы у них из чего первое под руку попало сшиты. Может, в этом и кроется секрет их сексуального долголетия?..

Заявись!

Comments

Поиск по сайту

Recent comments

Блоги

Poll

Recent blog posts

Active forum topics

New forum topics